Элегия последняя

Quid mihi vobiscum est, infelix cura, libelli...
Ovid, Tristia, II, 1
(Разве до вас мне сейчас, до стихов и книжек злосчастных?
Овидий. Скорбные элегии. Кн. II,1. Пер. З. Морозкиной)

Ну что же, прощай, книжечка моя бедная! Оставляю
тебя шелестеть страничками, раздуваясь
и сдуваясь, как легкое или как мехá баяна;
сиротой среди братцев и сестриц, как и ты, горьких
си́рот, листьями шелестящих на этом береге Леты
в роще из óсокорей и осин.

Долго мне плыть на тот берег в скрежещущей плоскодонке —
пока не забуду, как тебя и звали,
и братцев твоих с сестрицами, родных и приемных;
пока не спрыгнý с лодочки, черным сéребром сердце oбрызгав,
и не скажу: не шелестите, проклятые книги,
я вас никогда не писал!

А ты — ты не грусти, и не плачь, и не поминай лихом.
Ты забудь меня, дрожа в вечнозакатной роще
среди сестриц и братцев дрожащих, — как и ты, горьких си́рот...
...Но скоро, скоро зима станет, спадут листья,
В их ворохáх волглых зашуршат зайцы и лисы,
Всё белым покроется сном.