Огуречные плети, стеклянный сачок...
* * *
Огуречные плети, стеклянный сачок:
стрекозиное тельце отныне
не волшебная палочка ― только смычок
обезумевшего Паганини.
В парниковой утробе, в навозном чаду,
раздаётся густое стаккато ―
как попытка разбить голубую чадру,
повторяющуюся стократно.
Приоткрытая тайна меж небом и рвом,
проявление барства, каприза:
мука, музыка ― бренностью и веществом,
и дыхание в форме каприса.
Огуречные плети, стеклянный сачок:
стрекозиное тельце отныне
не волшебная палочка ― только смычок
обезумевшего Паганини.
В парниковой утробе, в навозном чаду,
раздаётся густое стаккато ―
как попытка разбить голубую чадру,
повторяющуюся стократно.
Приоткрытая тайна меж небом и рвом,
проявление барства, каприза:
мука, музыка ― бренностью и веществом,
и дыхание в форме каприса.





